Почему сельхозпроизводители терпят убытки из-за идентификации своих товаров
Сельхозпроизводители обратились в Минпромторг с просьбой отменить маркировку продукции из-за роста банкротств и ухода в тень ряда фермерских хозяйств. Подобные случаи фиксируются в Красноярском и Пермском краях, Карелии, Ленинградской области и других регионах. Как отмечают в Ассоциации сельхозпроизводителей, затраты на внедрение маркировки в среднем достигают 1 млн рублей при выручке в 2,5−3 млн. По мнению экспертов, ситуацию усугубляют потери, связанные с гибелью скота от пастереллеза: по данным на март, они составили от 87,5 тыс. до 90,5 тыс. голов. Может ли ситуация обернуться снижением налоговых доходов и ростом безработицы на селе — в материале «Известий».
Почему маркировка оказалась непосильной для фермеров
Ряд сельхозпроизводителей в Красноярском крае, Ленинградской области, Санкт-Петербурге и других регионах был вынужден прекратить свою деятельность из-за требований о маркировке молочной продукции. Ассоциация сельхозпроизводителей «Народный фермер» обратилась в Минпромторг с просьбой отменить идентификацию таких товаров. «Известия» ознакомились с письмом на имя главы ведомства Антона Алиханова.
«По итогам полутора лет действия обязательной маркировки в отношении крестьянских (фермерских) хозяйств (КФХ), все риски, о которых мы предупреждали, реализовались. Проблемы, не получившие системного решения, стали причиной массового закрытия малых предприятий — переработчиков молока», — говорится в документе.
Особенно остро эта проблема стоит на приграничных и отдаленных территориях, где нет стабильного мобильного интернета и возможностей для прокладки выделенного кабеля. Как отмечают фермеры, из-за этого возникают ситуации, когда ввод в оборот продукции невозможен, что приводит к порче скоропортящихся товаров и вынужденным простоям в работе.
Справка «Известий»
Маркировка для разных категорий молочных продуктов вводилась в РФ поэтапно. С 1 июня 2021-го она стала обязательной для сыров и мороженого (кроме мороженого без молочного жира и/или белка). С 1 сентября того же года — для таких товаров со сроком хранения более 40 дней. С 1 декабря — со сроком хранения 40 дней и меньше. С 1 сентября 2022 года розница, реализующая маркированную продукцию, обязана сканировать коды при продаже и использовать онлайн-кассы для передачи сведений в «Честный знак». Обязательная маркировка молочной продукции для КФХ и сельскохозяйственных производственных кооперативов была введена с 1 сентября 2024 года.
Еще одна причин — кратный рост издержек и административной нагрузки.
«Внедрение системы потребовало от малых хозяйств увеличения штата (дополнительные операторы, кладовщики, IT-специалисты), закупок оборудования (принтеры, сканеры, специализированное ПО, весы), а также несения регулярных расходов на криптографическую защиту, членские взносы в международных системах идентификации и оплату труда персонала», — сообщают сельхозпроизводители Антону Алиханову, отмечая, что совокупное удорожание производства составляет от 30 до 50%, а в отдельных случаях рентабельность снижается на 100%.
Как пояснили «Известиям» в ассоциации, в среднем затраты на маркировку могут достигать 1 млн рублей при выручке в размере от 2,5 млн до 3 млн рублей.
«Ряд хозяйств был вынужден полностью прекратить переработку, перейти на реализацию сырья или сократить ассортимент и поголовье в три-пять раз. До 70% малых форм либо переходят в серую зону либо закрываются, что влечет прямые потери налоговых поступлений и сокращение рабочих мест в сельской местности», — отмечают представители отрасли.
Кроме того, они отмечают, что система маркировки фиксирует перемещение упаковки, но не гарантирует подлинность содержимого.
«Контрафактная продукция продолжает поступать на полки. При этом доля фальсификата молочки на рынке по итогам 2025 года в РФ достигла 17,68% (официальные данные Россельхознадзора)», — подчеркивают фермеры в документе.
— В некоторых отраслях, которые проходили маркировку, были сделаны исключения для так называемых ремесленников. Например, ее сегодня нет при немассовом производстве обуви или одежды. Там было сразу очевидно, что вводить систему идентификации будет сложно. Мы также просили сделать исключение для фермеров, которые производят небольшие объемы продукции, но являются для своих территорий источниками налогов, рабочих мест, — пояснил «Известиям» необходимость обращения зампред совета ассоциации Бабкен Испирян.
По его словам, при введении маркировки сельхозпроизводителям обещали, что процесс пройдет без затруднений, однако на практике этого не случилось.
«Известия» направили запросы в Минпромторг и Центр развития перспективных технологий (ЦРПТ, оператор маркировки «Честный знак») с просьбой прокомментировать предложения фермеров.
Как фермеры оценивают ситуацию
Увеличение штата, рост затрат, нестабильный интернет — главные, но не единственные сложности, которые называют фермеры при работе с маркировкой.
— Возросло количество возвратов в связи с тем, что в процессе транспортировки повреждаются коды, — сообщила глава одного из КФХ в Удмуртии Нина Шкляева.
Она отметила, что после ввода маркировки финансовая нагрузка на хозяйство существенно возросла. Кроме того, по ее словам, трудности состоят в недоступности для фермеров оборудования, которое позволяет автоматически наклеивать марки.
— Если на крупных предприятиях процесс маркировки можно автоматизировать, приобретая современное оборудование, то у нас 70% процесса — это ручной труд. Около 3 тыс. марок распечатывается и наклеивается ежедневно в ручном режиме, — сказала она.
Глава КФХ в Красноярском крае Андрей Болсуновский считает, что скоро в деревнях не останется небольших производителей.
— Держать четырех сотрудников, программиста, менеджера на документах на переработке до 2 т молока в день, для того чтобы продать его в своем магазине, — это нецелесообразно. Как можно было уравнять промышленную переработку и фермерскую по всем требованиям к производству? — недоумевает сельхозпроизводитель, решивший закрыть свое небольшое производство.
Опыт наших микропредприятий показывает, что затраты на маркировку выходят далеко за 1 рубль на единицу продукции, рассказал глава КФХ в Ленинградской области Михаил Шконда.
— Некоторые участники рынка говорят о стоимости в 30 рублей на одну марку при оптовой цене бутылки молока в 60 рублей, что соответствует увеличению затрат на 50%. Связано это не только со стоимостью самой марки (0,60 рубля), но и с ежегодными расходами: 3 тыс. рублей — программа типа СБИС, 3 тыс. — оплата членского взноса для подключения к международной системе GS1 (через компанию «ЮНИСКАН/ГС1 РУС»); от 50 тыс. — зарплата человека, который занимается оформлением, потому что это трудоемкий процесс самостоятельного заполнения данных, — делится расчетами фермер.
По его словам, из-за этого многие сельхозпроизводители уходят работать в серую зону либо закрываются.
Объективно проблемы с маркировкой у малого и среднего бизнеса существуют, заявил «Известиям» экс-замминистра сельского хозяйства Леонид Холод. По его мнению, к инициативе необходимо прислушаться, так как сельхозпроизводители играют важную роль в экономике АПК. К ним нужно применять какой-то особый механизм контроля, считает эксперт.
Научный руководитель Центра конъюнктурных исследований НИУ ВШЭ Георгий Остапкович отметил, что помощь фермерам сейчас особенно актуальна на фоне ситуации с массовой гибелью скота из-за эпидемии пастереллеза. По данным на март этого года, погибло от 87,5 тыс. до 90,5 тыс. животных.
По его словам, в сложившихся обстоятельствах такие инициативы требуют поддержки, тем более что для государства это не повлечет значительных затрат, но позволит фермерам восстановить хозяйства и сохранить их деятельность на сельских территориях, особенно в нынешней экономической ситуации.
